Цель. Настоящее исследование предполагает научное обоснование необходимости разграничения уголовной ответственности несовершеннолетних преступников и иных мер уголовно-правового воздействия, применяемых к лицам, совершившим запрещённое уголовным законом деяние в несовершеннолетнем возрасте. Процедура и методы. В процессе исследования комплексно применялись различные методы научного познания, используемые в гуманитарных (юридических) исследованиях: диалектический, сравнительный анализ, формально-логический. Результаты. По итогам исследования установлено, что принудительные меры воспитательного воздействия, предусмотренные Уголовным кодексом РФ (УК, УК РФ) и применяемые к несовершеннолетним, совершившим запрещённое общественно опасное деяние, в действительности не являются разновидностью формы реализации уголовной ответственности. Их целевое назначение сводится к обеспечению правильного восприятия несовершеннолетним общих социальных ценностей, которые охраняются уголовным законом, а также понимания недопустимости нарушения этих общественных отношений в будущем. Теоретическая и/или практическая значимость. Для современной науки уголовного права значимость сформулированных выводов заключается в формировании основы для разграничения различных форм реализации уголовно-правового воздействия на 2 группы: уголовная ответственность и иные меры уголовно-правового характера. Практическое значение представленной работы может быть выражено в корректировке подходов к применению принудительных мер воспитательного воздействия, поскольку их функциональная сущность сводится к воспитанию несовершеннолетнего и завершению процесса формирования его личности, а не к воздаянию (каре) за совершённое общественно опасное деяние.
Aim. This study assumes scientific substantiation of the need to differentiate the criminal liability of juvenile criminals and other measures of criminal law enforcement applied to persons who have committed an act prohibited by the criminal law as a minor. Methodology. In the process of research, various methods of scientific knowledge used in humanitarian (legal) studies were comprehensively applied: dialectical, comparative analysis, formal-logical. Results. According to the results of the study, it was found that the coercive measures of educational influence provided by the Criminal Code of the Russian Federation (hereinafter referred to as the Criminal Code, CC) and applied to minors who have committed a prohibited socially dangerous act, in fact, are not a form of implementation of criminal liability. Their purpose is to ensure the correct perception by minors of general social values that are protected by criminal law, as well as an understanding of the inadmissibility of violating these social relations in future. Research implications. For the modern science of criminal law, the significance of the formulated conclusions lies in the formation of a basis for distinguishing between various forms of implementation of criminal law impact on 2 groups: criminal liability and other measures of a criminal law nature. The practical significance of the presented work can be expressed in the adjustment of approaches to the use of compulsory measures of educational influence, since their functional essence is reduced to the upbringing of a minor and the completion of the process of forming his personality, and not to retribution (punishment) for the committed socially dangerous act.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.