Рассмотрена практика применения амнистий и досрочного освобождения в советской России в 1920-е годы. Выявляются базовые принципы и классовое содержание проводимых амнистий. Амнистии вписывались в общую концепцию советской уголовной политики, исходящей из принципа целесообразности применения тех или иных мер социальной защиты к трудящимся, из принципа борьбы лишь с теми правонарушениями, которые носят общественно опасный характер, и лишь, поскольку и до тех пор, пока и поскольку они этот характер сохраняют. Утверждается, что институт амнистии, став неотъемлемой частью советской карательной политики, приобрел две основные функции: был методом реализации политики освобождения лиц из «своих» социальных групп и служил средством разгрузки тюрем.
The article is concerned with the practice of amnesties and parole in Soviet Russia in the 1920s. The basic principles and ideological content of the held amnesties are identified. It is argued that the concept of the Soviet penal policy was based on the principle of feasibility of various measures of social protection of workers and issued from the principle of struggle with only those offenses which are socially dangerous. The institute of amnesty and parole as an integral part of the Soviet penal policy acquired two main functions: to be a technique for carrying out a policy of releasing persons from particular social class-based groups and to serve as a means of unloading prisons.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.